Прерванный полет Чайки. Немного о возможных последствиях одесского убийства

Понедельник, 20. 04. 2009

Название этой заметки – не игра слов, вызванная фамилией студента, погибшего в драке возле бара «Орех» на углу Троицкой и Александровского проспекта. Максим Чайка действительно мог бы взлететь достаточно высоко, если бы не бандитский нож. Но об этом – чуть попозже.

А я первым делом хотел бы обратиться к коллегам, пишущим об этой трагедии: давайте обходиться без ярлыков! Еще толком ничего не известно, а уже пестрят заголовки один желтее (чернее) другого: «Пророссийские активисты убили студента», «От рук пророссийских боевиков погиб активист общественной организации «Січ»», «Антифа “замочили” националиста», а «Свободная Одесса», как всегда, превзошла всех: «Урки Маркова зверски убили человека»… Люди добрые, вы можете любить или не любить кого угодно, это ваше право, но на виноватых указывает следствие, а решение о виновности или невиновности выносит суд. Это же аксиома, коллеги, и не могли вы не слышать об этом, зачем же снова будоражить людей непроверенной информацией?!

Но самые гнусные, с моей точки зрения, заголовки таковы: «Националист погиб от ножа антифашистов». Человек погиб, вы понимаете это, и какая тут разница, какие у него были политические взгляды, или какого он был вероисповедания?! Кроме того, молодые люди, для десятков тысяч одесситов и миллионов жителей Украины понятие «антифашист» - если не святое, то близкое к этому. Антифашисты - это те, кто боролся с нацистами, с оккупантами, а если и приходилось им убивать, то, как правило, врагов более сильных и вооруженных, а не безоружных. Убивать безоружных - этим как раз отличаются фашисты, под какой идеологической «маской» они бы не скрывались. Потому само словосочетание «антифашист – убийца» противоестественно. Правильно заметил в своем отклике Иван Жесткач: если антифашисты убивают, то чем они лучше фашистов, которые уничтожали людей в концлагерях?

А теперь - о Максиме Чайке.

Его называют «националистом». Да, он действительно собрал вокруг себя национально ориентированную молодежь. А если быть точным, то он эту молодежь и ориентировал. Ведь чем занимались многие из тех, кто его окружал, ДО знакомства с Максимом? «Гудели» и «махались», т.е. пили и дрались. Максим же дал им «направление», объединил вокруг определенной идеологии. Можно как угодно относиться к этой идеологии, но факт остается фактом: как утверждают мои юные собеседники, после того как Чайка обозначился в лидерах, «махач» в этой среде молодежи практически исчез. Один человек сделал то, что оказалось не под силу всяким управлениям молодежной, внутренней и прочей «политики», партиям и правоохранительным органам. Максим, по всей видимости, был прирожденным Лидером, которого уважали даже те, кто не разделял его идейность. Я слышал от ребят, отнюдь не пылающих любовью к
украинской национальной идее, что они «за Макса готовы порвать пасть» убийцам. Ибо в том, что это было именно убийство – подготовленное и целенаправленное – мало кто сомневается. Хотя, повторяю, точки на «і» в этом вопросе должен поставить суд…

Однако, каким бы не было решение суда, уже сейчас можно прогнозировать последствия «прерванного полета» Максима Чайки. Ничего хорошего они не сулят. Ибо не стало человека, который цементировал разношерстную массу, и если в самом скором времени такого не найдется, снова начнется «махач», беспредел выльется на улицу, а чем это грозит городу, полагаю, объяснений не требует.

А сейчас я заранее прошу прощения у друзей покойного за предстоящее сравнение, но аналогия, увы, напрашивается. Очень боюсь, что гибель Чайки может иметь для города почти такие же последствия, как и расстрел в 1997 году Виктора Кулевара, более известного по кличке «Карабас». Вспомните, какая вакханалия началась после его смерти в нашем городе: подлое убийство Бориса Деревянко, исчезновение Сергея Варламова и Игоря Свободы, попытки покушения на Гурвица и т.д. и т.п. А ведь сколько сходства между 1997 и 2009 годами - не за горами выборы и связанное с этим жесткое противостояние финансово-политических групп; падение экономики; всплеск преступности, усиленный, помимо кризиса, еще и амнистией; слабость правоохранительных органов, раздираемых, к тому же, политическими и личностными противоречиями, и т.д. и т.п. – сравнения можно длить и длить. К тому же, если в 1997-м противостояние Гурвица и Боделана носило в большей степени личностный характер, и все понимали, что речь идет, прежде всего, о борьбе за контроль над финансовыми потоками миллионного города, то сейчас ко всем этим моментам примешивается также идеология: власть у нас (якобы) «оранжевая», и оппозиция активно педалирует этот момент. А известно, что идеологические «войны» - самые непримиримые.

Я не любитель всякого рода гороскопов, однако как-то настораживает то, что у 1997 и 2009 годов – общий знак - Быка. (Что тоже по-своему символично: «быки» - на молодежном сленге – это люди, для которых не писаны правила). Полагаю, что те одесситы, у кого не амнезирована память о событиях 1997-98 гг., понимают мои опасения. Не дай, как говорится, Господь снова перенести подобное!

Безусловно, вокруг гибели Максима Чайки сейчас начнутся политические спекуляции. Потому у меня огромная просьба к друзьям покойного: не устраивайте вендетту! Я прекрасно понимаю ваши чувства, более того, я считаю, что для Одессы гибель Максима Чайки - потеря, которая лишь впоследствии будет осознана в полной мере; из этого парня мог вырасти настоящий Лидер, причем естественным путем, «снизу» - в отличие от людей, навязываемых молодежи через всякого рода «советы», «парламенты», «школьное самоуправление» и прочую дребедень. Но что случилось, то случилось. Максима не вернешь, и если сейчас начнется «кровная месть», то фактически погибнет и его «дело». Помогайте, как можете, следствию, не допустите, чтобы убийцы ушли от ответственности, раскрывайте глаза одесситам, кто стоит за этим, но – только действуйте в рамках закона, не уподобляясь тем, кто цинично и подло прервал полет вашего друга. Ибо, как мудро заметил поэт Николай Асеев: «Насилие рождает насилие». А нужно ли нам, чтобы Год Быка превратился в кровавое состязание «быков»?!

Александр Галяс, специально для «Таймера»